До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, вынужденным делать сложный выбор. В те ранние, тёмные дни, когда Империя только начала сжимать свою власть, не существовало единого Сопротивления. Были лишь разрозненные очаги недовольства, отдельные акты неповиновения. Андора оказался в самом центре этого зарождающегося шторма.
Его путь не был героическим маршем. Скорее, это была череда рискованных миссий, каждая из которых оттачивала его навыки и укрепляла решимость. Он перемещался по закоулкам имперских миров, от промышленных спутников до затерянных космических станций. Его работа заключалась не в громких сражениях, а в тихом сборе информации: перехвате коммуникаций, наблюдении за передвижениями войск, поиске слабых мест в имперской инфраструктуре. Каждая удача, каждая добытая схема или отчёт, была крошечной искрой.
Именно в этой серой зоне Андор научился искусству быть невидимым. Он понял, что настоящая битва часто происходит до первого выстрела. Доверие было валютой дороже кредитов, а цена ошибки измерялась не только его жизнью, но и жизнями тех немногих, кто начал ему доверять. Он видел, как мелкие акты саботажа на удалённой верфи могли вызвать волновой эффект, нарушая цепочки поставок Империи. Он помогал соединять разрозненные группы — учёного, поставляющего данные, с пилотом, способным их доставить; разочарованного имперского чиновника с механиком, умеющим создавать взрывчатку.
Формирование Альянса происходило не по указу, а через тысячи таких молчаливых, невидимых действий. Миссии Андора были одними из тех нитей, что постепенно сплетались в прочную ткань. Каждая добытая тайна, каждый установленный контакт приближал тот день, когда разрозненные искры смогут, наконец, разжечь настоящее пламя. Его приключения в те годы были историей не о славе, а о терпении, о тяжёлой и неблагодарной работе, которая заложила фундамент для надежды в самой тёмной галактике.
