В 1932 году Смок и Стэк, братья-близнецы, наконец вернулись в свой маленький город в дельте Миссисипи. Они долго не были здесь. Война, Первая мировая, окопы — всё это осталось позади. Потом была другая жизнь — Чикаго, дела, которые не всегда обсуждают при свете дня. Теперь они решили осесть. Братья нашли участок земли с несколькими старыми постройками. Хозяин, человек с жесткими взглядами, не скрывал своего отношения к ним, но деньги есть деньги. Сделка состоялась. Идея была проста — открыть место, где могли бы собираться те, кто целый день трудится на плантациях. Простой бар, где звучала бы музыка. На открытие пригласили одного парня, сына местного пастора. Когда-то давно Смок и Стэк подарили ему гитару. Теперь он играл на ней, и звуки, которые он извлекал, были не просто музыкой. Это был настоящий блюз, глухой, тягучий, полный тоски и силы. Он играл так, что казалось, стены самого здания начинали вибрировать в такт. Никто тогда не заметил, как в тени у стены остановился незнакомец. Он слушал, не двигаясь. Прохожий, если бы взглянул на него, решил бы, что это просто усталый ирландец, задержавшийся после долгой дороги. Но он слушал слишком внимательно, и в его глазах, казалось, вспыхивал отблеск чего-то древнего и ненасытного. Музыка задела его за живое.