Москва замерла. Не просто отключили свет — его словно вырвали из розеток навсегда. Бумажки в кошельках теперь годятся разве что на растопку. Те, кого миновала странная хворь, больше не люди — они голодные тени, грызущиеся за последнюю банку тушёнки или канистру горючего.
Сергею повезло. Его дом, любимая женщина и её особенный сын находятся за кольцом МКАД, в тишине, пока ещё не тронутой этой чумой. Казалось бы, сиди и пережидай. Но в прокуренной московской квартире остались бывшая жена и их общий ребёнок. Она его терпеть не может, это знают все. Но бросить их там — всё равно что собственными руками закрыть дверь склепа.
Он едет. Город встречает его гробовым молчанием и запахом тления. Как он вывез их — отдельная история, больше похожая на нелепое везение. Женщина, ребёнок, и теперь они снова в одной машине, связанные страхом и необходимостью.
К ним прибивается отец Сергея, молчаливый и твердый, как гранит. А потом — соседи. Те самые, с которыми раньше только кивали в лифте. Наглые, приспособившиеся, но такие же живые, такие же испуганные.
Так собралась эта странная свора. Люди, которые в обычной жизни разошлись бы по разным углам, теперь втиснуты в салон внедорожника и микроавтобус. Старые обиды, презрение, злость — всё это стало непозволительной роскошью. Единственная мысль — добраться.
Цель — Карелия. Глушь, где на озёрном острове стоит забытый всеми охотничий домик. Дорога туда — не маршрут на карте. Это полоса препятствий, где каждая яма на разбитой трассе, каждый покинутый пост ГАИ, каждый мост через реку таит в себе смертельную ловушку. Они едут, потому что позади — только могила. А впереди — призрачный шанс. Шанс пережить рассвет.
